НАУЧИТЬСЯ ЛЕТАТЬ...
Will A. Sanborn
Сознание медленно вернулось ко мне, и я наконец вынырнул из забытья...
Подняв непривычно тяжелые веки, я пару раз моргнул, пока застилавшая мой взор туманная дымка не рассеялась, открывая то, что меня окружало — стерильные белые стены больничной палаты сонами. После долгого периода бессознательного состояния я был слегка дезориентирован, но прошло не больше минуты, как я все вспомнил, — и тут же возбужденно вывернул шею, заглядывая через плечо, стараясь увидеть как можно большую часть своей спины. Но мне не пришлось вытягивать шею слишком далеко, потому что большие крылья, которые находились там, распростершись подо мной, было трудно не заметить!
СВЕРШИЛОСЬ!!! После долгих недель нетерпеливого ожидания то, что когда-то было просто глупой мечтой, теперь стало реальностью!
Лежа на кровати, и с трудом сдерживая лихорадочную пляску мыслей, я попытался представить, насколько большое влияние это окажет на мою жизнь. Конечно, я думал об этом и раньше, обдумывал долго и до мельчайших деталей — но теперь, когда это наконец случилось, все то, о чем думалось последние несколько месяцев, снова вернулось ко мне...
Вот уже почти восемь месяцев я жил среди сонами, являясь представителем планеты Земля по программе культурного обмена между нашими двумя мирами. Несколько лет назад, вскоре после открытия гипердрайва, Земля послала несколько разведывательных экспедиций в наиболее перспективные части нашей галактики. Мы надеялись наконец узнать, что не одни в огромном космосе — и нам очень повезло, потому что только благодаря невероятной удаче всего через два года мы встретились с сонами.
Вначале не обошлось без некоторых проблем, потому что сонами оказались не людьми, а расой передвигающихся на двух конечностях крылатых кошачьих, что стало для людей некоторой неожиданностью. Но все же это были братья по разуму, и после начальной растерянности народы обеих миров постепенно начали привыкать к облику друг друга.
После недолгого периода совместной «притирки», во время которой обе расы осторожно узнавали все больше друг о друге, начались непосредственные контакты. Все верили в лучшее, дипломаты обеих рас старательно обходили острые углы, — и вскоре обе наши планеты объединились в равноправный альянс. Поскольку между обеими планетами сразу был заключен мир, было определено несколько направлений, в которых наши общества могли помочь друг другу для обоюдной выгоды.
По сравнению с нами сонами были менее технически продвинуты в области космических полетов и искусственного интеллекта, но все же общий уровень их электронных и компьютерных технологий не слишком отставал от нашего. Они имели большинство аналогов основных приборов и инструментов, которые имелись у нас, кроме, разве что, самого передового оборудования. Однако, имея некоторое общее техническое отставание, сонами значительно превзошли землян в отдельных направлениях науки — особенно в области медицины и создания уникального медицинского оборудования, которое было гораздо совершеннее нашего. Большинство их научных исследований были сосредоточены в области генетики, и здесь достижения сонами были просто невероятными! И когда вскоре начался активный обмен технологиями, оба мира получили от него немалую выгоду, и стали еще богаче знаниями.
Вся эта ситуация имела также большое социальное значение, и едва были налажены первые дипломатические отношения, социологи обоих планет толпами повалили в новые миры за новой информацией — или тем, что они под этим подразумевали.
Уже вскоре было принято решение, что для того, чтобы еще больше сблизить обе расы, должна быть создана программа культурного обмена, чтобы члены обеих рас могли на личном опыте познакомиться с жителями другой планеты. Из всех слоев общества, как людей, так и сонами были выбраны те, которым предстояло представлять свой народ в странном, невероятно экзотическом и новом для них мире, за много световых лет от родины...
Услышав о программе обмена, я обеими руками ухватился за эту возможность, и приложил максимум усилий, чтобы получить назначение на собеседование. Я всегда считал себя довольно нерешительным, и даже представить не мог, что когда-нибудь осмелюсь отправиться далеко от привычного окружения — но имелась причина, которая помогла мне быть таким непреклонным в своем желании совершить это путешествие...
Во мне всегда жило тайное желание уметь летать как птицы, и я так и не вырос из своих детских фантазий. Я по-прежнему мог иногда лежать на спине, глядя в синее небо, и представлять себя парящим среди облаков...
Сонами были крылатыми существами, поэтому я восхищался ими, был очарован их умением летать, и для меня просто оказаться среди них уже было почти воплощением моей мечты. Даже одна лишь возможность воочию увидеть их полет позволит мне хотя бы немного приблизиться к ней!
В ходе собеседования я очень нервничал, что наверняка было заметно, но члены комиссии были впечатлены моим рвением. Но, боясь выглядеть глупо, я не сказал им об истинной причине своего желания оказаться в группе обмена. Я говорил о том, какая чудесная раса эти сонами, и как мне хочется познакомиться с их обществом — и это в никоей мере не было обманом!
Всю следующую после собеседования неделю я ждал решения, изнывая от нетерпения и страха, что мне откажут. И вот наконец меня пригласили снова, и сообщили чудесную новость! Для большей эффективности культурного обмена, сказали они, необходимо набрать как можно более разнообразную группу. Хотя в комиссию обратилось немало студентов, не многие из них имели технологический уклон образования, как я, так что моя позиция заметно укрепилась. Еще они сказали, что на них произвело впечатление мое искреннее желание, а моя неловкость только укрепила их мнение. Дело в том, что хотя более коммуникабельные люди способны гораздо легче приспособиться к новому культурному окружению, группа, набранная из представителей только такого типа, может создать ложное представление о нашем населении. Поэтому определенный процент в ней будут составлять люди более замкнутые и нерешительные — такие, например, как я.
Я просто не мог поверить в свою невероятную удачу! На протяжении следующих двух недель я буквально не чуял под собой ног от счастья, пока не пришло время подготовки участников программы обмена.
Сперва была серия очень тщательных, почти изнурительных медицинских исследований. Всем нам пришлось вытерпеть небольшую операцию, в ходе которой в голову каждого члена группы был имплантирован чип-переводчик. Этот чудесный прибор дал нам возможность бегло писать и разговаривать на сонами так, как если бы это был наш родной язык. Такие чипы использовались уже почти столетия для общения между представителями разных стран, и являлись одним из факторов поддержания всеобщего мира.
Наконец все проверки были закончены, и мы, получив по несколько прививок от новых видов болезней, с которыми могли встретиться, были готовы отправляться в это фантастическое путешествие...
При невероятной скорости нашего корабля дорога заняла чуть меньше месяца. В течение этого времени мы изучили всю информацию о том, что уже было известно о культуре сонами.
И вот, после долгого ожидания, мы наконец были на месте. Это было такое чудесное, и одновременно ошеломляющее ощущение — сделать шаг из корабля на такую невероятно чужую землю!
Мир сонами был несколько схож с нашим — но в то же время был удивительно другим. Даже небо было не совсем привычного голубого цвета, а заметно более насыщенного оттенка. Пейзаж имел некоторое сходство с Землей, хотя растительность выглядела иначе — словно вариации на тему земной, с заметными чужеродными отличиями. Архитектура также сильно отличалась, поскольку сонами предпочитали закругленные края и линии в противоположность привычным людям прямым линиям и углам. К тому же их города не были такими переполненными как наши — при тех же размерах их население составляло всего половину земных. Поэтому они, свободно раскинувшиеся по ландшафту, выглядели очень светлыми и просторными.
А самым главным, конечно же, были сами сонами! Я видел сотни изображений, но их и близко нельзя было сравнить с возможностью увидеть жителей этой планеты во плоти, лицом к лицу! По существу они были крупными кошками, чей позвоночник изменился настолько, что сонами получили возможность передвигаться на двух конечностях. Но при этом они не имели плоских ступней, как у людей — их лодыжки и ступни были гораздо больше похожи на кошачьи лапы. Они были толще наших, и земли касались лишь пальцы и подушечка за ними, в то время как остальная часть ноги поднималась под небольшим углом вверх. От коленей и выше сонами выглядели примерно так же, как люди, если не обращать внимания на их длинные пушистые хвосты. Они позволяли сонами лучше сохранять равновесие, из-за устройства их ног чуть меньшее по сравнению с людьми, а в полете помогали им выделывать просто изумительные виражи!
Верхняя часть тела, предплечья и ладони тоже были очень похожи на человеческие, но вместо ногтей четыре пальца каждой руки имели небольшие втягивающиеся когти.
Их головы выглядели именно так, как можно было ожидать увидеть у больших антропоморфных кошек, однако глаза сонами, отражающие их разум, были гораздо более выразительными. Имелись два отличия, которые сразу бросались в глаза. Прежде всего, головы сонами покрывала грива из длинного меха, очень похожая на человеческие волосы, а их уши были больше, чем у кота такого же размера. Они были скорее лисьими, чем кошачьими, и выглядело это очень симпатично!
Масти и узоры меха сонами были чрезвычайно разнообразными. Цвета варьировались от черного и коричневого до желтого и оранжевого, многие имели пятна и полосы различных цветов — встречалась даже совсем леопардовая пятнистость! Весьма обычным явлением был более темный окрас «носочков» и «перчаток» на руках и ногах. Некоторые сонами имели шкуру однотонного окраса, тогда как у других на передней части тела мех был более светлого оттенка. И, наконец, та часть, которую я находил самой экзотической — их крылья. Хотя...
